Зрительные обма­ны в виде фигур людей

Они всегда совершают только быто­вые и понятные для больных действия. Отношение к та­кого вида видениям сложное. Больные остаются спокой­ными, хотя воспринимаемые ими образы неприятно при­ковывают к себе внимание, беспокоят больного. Призна­вая болезненный характер видений и относясь (на сло­вах) к ним с достаточной критикой, больные тем не менее ведут себя так, будто галлюцинаторные образы су­ществуют на самом деле. Требуют закрывать входную дверь на ключ, чтобы избавиться от посторонних людей за столом, разговаривают с немыми галлюцинаторными образами, убеждая их то в одном, то в другом. В части наблюдений отношение к этим видениям явно некритич­ное и отрицательное. Обычно это бывает в тех случаях, когда зрительные галлюцинации комбинируются с бре­довыми идеями маломасштабного бреда преследования. Видения и их действия при этом трактуются бредовым образом, и критика к ним полностью отсутствует. В наших наблюдениях у пяти больных к имеющимся у них панорамическим галлюцинациям сохранялась полная критика, у четырех — отношение колебалось от двойст­венного до прямо бредового. В ряде случаев в картине зрительного галлюциноза существовали галлюцинации, принадлежавшие к сфере другого анализатора (в част­ности, тактильные). Зрительный галлюциноз отличается от других форм психозов позднего возраста в первую очередь за счет яр­кой запоминающейся клинической картины зрительных обманов, возникающих в столь позднем возрасте. Воз­можность критического отношения к галлюцинаторным переживаниям, интеллектуальная сохранность, связь зрительных обманов с нарушением зрения ставят этот галлюциноз в особое положение и по отношению к дру­гим галлюцинозам позднего возраста. Мнение о важной роли нарушения зрения в возникновении этого галлюци­ноза подчеркивается рядом авторов  — решающий фактор, когда можно говорить об особом, самостоятельном характере зрительного галлюциноза, возникающего в старости.

Комментарии запрещены.