Признаки сен­сорной и социальной депривации

Так же как и, они встречаются при инволюционной меланхолии не чаще, а даже реже, чем при других функциональных психозах позднего возрас­та. Обращают на себя внимание различия по этим при­знакам в группе собственно-возрастных психозов. Инво­люционная меланхолия по некоторым из них имеет большие различия с параноидами и галлюцинозами позднего возраста, чем с шизофренией и МДП. Продол­жая приводить примеры близости инволюционной ме­ланхолии к эндогенным психозам, возвратимся к тому, о чем говорилось выше, а именно, что случаи классичес­кой картины инволюционной меланхолии в последнееВремя практически не наблюдаются [Leonhard U. et al., 1964]. Объяснить этот феномен успехами психофарма­кологии может быть и можно, однако сразу же возника­ет вопрос: почему другие депрессивные психозы поздне­го возраста возникают сейчас не реже, а, может быть, даже чаще, чем раньше, и почему при успехах психо­фармакологии не уменьшается, а, наоборот, увеличива­ется число инволюционных параноидов? Нам представ­ляется, что правомерно искать объяснение этого феноме­на не в изменении собственно-возрастных биологических влияний, выступивших за последнее десятилетие (чего жы не видим на примере других форм психозов позднего .возраста), а отнести это к тому, что специфичность, а главное — причины возникновения инволюционной ме­ланхолии относятся к кругу явлений, общих для эндо­генных процессов. Уменьшение частоты картин класси­ческой инволюционной меланхолии — явление того же порядка, что и патоморфоз классических картин эндо­генных психозов, наблюдаемый в настоящее время (в частности, уменьшение типичных проявлений кататони­ческой симптоматики). Клиническое своеобразие инво­люционной меланхолии, по мнению И. Г. Беленькой (1980), определяется акцентом на психопатологических расстройствах кататонического регистра. Возможность возникновения тревожно-бредовой депрессии в любом из возрастных периодов подчеркивается многими авторами

Комментарии запрещены.