Генети­ческие линии

Исследуя чистые старых животных, находящихся в услови­ях, исключающих неблагоприятные внешние влияния, С.Hollander (1979) делает вывод, что развитие болезней является составной частью самого старения, отражением его истинной сути. Подобные заключения, естественно, не исключают роли внешних факторов в течении самого процесса старения. Однако эти внешние причины не со­ставляют самого возрастного инволюционного процесса и находятся вне его. F.Ludwig (1980) пишет: «Повреж­дения, привлеченные из окружающей среды, могут при­вести к сокращению жизни, но не к ускорению процесса старения… Предупреждая болезни, мы тем не менее не. омолаживаем организм». Автор заключает, что болезни, связанные с конкретными внешними влияниями, состав­ляют лишь небольшую часть существующей патологии в старости. Основной причиной смертности в пожилом возрасте являются собственно-возрастные изменения, со­ставляющие содержание старения. Причиной смерти в старости является сама смерть. Еще более определенно формулирует эту точку зрения M.Glasser (-1986). «Про-цесс старения — общий фактор, который повреждает все органы, но в различной степени. Важно отказаться от концепции отдельной болезни, так как она — частное проявление общего процесса старения». В подобных вы­сказываниях можно увидеть известные положения, вы­сказанные в отечественной геронтологии более 20 лет назад И.В.Давыдовским. «Недуг старости — явление в принципе независимое от внешней среды. Недуги старе­ния отражают «самораспад» органического субстрата жизни, вернее, частную сторону универсальных процес­сов старения в органическом и неорганическом мире, биологии, геологии, цитоплазме, коллоидном растворе и в уране… Именно в самой старости, т.е. в геронтобиозе, в структурных перестройках тканей и органов тела сле­дует искать объяснение болезненных ощущений, омрача­ющих последний этап жизни.»

Комментарии запрещены.