Организм

Возрастные особенности экзогенных реакций а позднем возрасте

Высокая податливость внешним и в первую очередь сома­тическим влияниям в старости — причина того, что экзо­генные реакции оказываются частой формой расстройств в этом возрасте. Диапазон этих реакций крайне широк. От­дельные эпизоды нечеткой ориентировки, кратковремен­ная несостоятельность при решении обычных бытовых задач, ошибки памяти и суждений, отдельные иллюзии и галлюцинации могут оказаться в старости симптомами со­матического неблагополучия. Читать далее

Изучение инволюцион­ных психозов

На протяжении всей истории отсутствует единство по кардинальному вопросу — о клинической исключительности этих забо­леваний. До сих пор остается неясным, являются ли те особенности, которые клинически отличают пресениль­ные психозы, доказательством их нозологической само­стоятельности или эти особенности — следствие возрас­тного видоизменения уже известных психозов. В первую очередь это имеет отношение к инволюционной меланхо­лии, частично к инволюционным параноидам. Читать далее

Решение выйти на пенсию

Это— первый шаг в этом на­правлении. Происходящая в этом случае переориента­ция общественных отношений на внутрисемейные явля­ется закономерным этапом психической жизни пожилого человека. Организация семейного быта, выбор формы повседневной занятости составляют на этом этапе основ­ное содержание жизни. Трудности, которые при этом возникают, являются в большей степени предметом ком­петенции геронтопсихолога, чем врача-гериатра. Читать далее

Ограничение дозировок

С учетом позднего возраста относится к известным положениям фармакологии. Под­бор индивидуальных доз в старости требует в первую очередь учета физического состояния больного. Приме­нение психотропных средств при психических наруше­ниях в старости в определенной части случаев может оказаться причиной одного специфического осложнения, типичного только для пожилых людей. Выше описыва­лись побочные явления, которые могут возникнуть при длительном и бесконтрольном применении транквилиза­торов. Подобные осложнения могут возникать и при на­значении нейролептиков и антидепрессантов. В данном случае речь пойдет не об осложнении типа психической спутанности, а о тех нежелательных явлениях, которые находят выражение в утяжелении обычных старческих недугов, общих симптомах старческой дряхлости и немо­щи. Эти осложнения расцениваются как естественные проявления старения и поэтому часто игнорируются. В.амбулаторной практике такие осложнения могут про­сматриваться, особенно в тех случаях, где сам психо­тропный эффект оказывается положительным. Игнори­ровать такого рода осложнения при лечении психотроп­ными средствами крайне опасно, поскольку нежелатель­ное действие их в этом случае определяет не только ха­рактер функционирования старого человека на послед­нем этапе жизни, но само время продолжительности этого этапа. Проявления побочного эффекта (в виде экстрапирамидных расстройств) Читать далее

Поздние маниакальные приступы

Они , «чистые» мании не отличаются по своей структуре от маний молодого и среднего возраста [Андрусенко М.П., 1986]. Эти фазы наблюдаются реже, чем депрессивные. Появление мани- ческих приступов оказывается в более близкой связи с возрастно-органическими изменениями, чем депрессив­ные фазы. Характер течения МДП при начале в моло­дом или среднем возрасте во многом определяется самим старением. При благоприятном течении старения дина­мика МДП характеризуется механизмами, свойственны­ми самому эндогенному процессу. Возрастные измене­ния в данной ситуации — лишь фон, на котором они развиваются. Как и при шизофрении, мы наблюдаем здесь долго сохраняющуюся процессуальную способ­ность формирования патологических аффективных со­стояний в виде депрессий и маний. Возрастные особен­ности в этом случае находят выражение в добавочной симптоматике в виде галлюцинаций и бреда. Вместе с тем в старости можно наблюдать и обратную картину, т.е. «высветление» сложных и атипичных цир­кулярных приступов. С годами атипичная симптоматика (бредовые, галлюцинаторные и другие проявления) ис­черпывается расстройствами только аффективного реги­стра. Подобная картина наблюдается и при шизофрении, когда после известной стабилизации активного процесса происходит обратное развитие симптомов болезни за счет их редукции [Дружинина Т.А. и др., 1981]. Об­щность эндогенных механизмов, определяющих харак­тер психотических Читать далее

Признаки сен­сорной и социальной депривации

Так же как и, они встречаются при инволюционной меланхолии не чаще, а даже реже, чем при других функциональных психозах позднего возрас­та. Обращают на себя внимание различия по этим при­знакам в группе собственно-возрастных психозов. Инво­люционная меланхолия по некоторым из них имеет большие различия с параноидами и галлюцинозами позднего возраста, чем с шизофренией и МДП. Продол­жая приводить примеры близости инволюционной ме­ланхолии к эндогенным психозам, возвратимся к тому, о чем говорилось выше, а именно, что случаи классичес­кой картины инволюционной меланхолии в последнееВремя практически не наблюдаются [Leonhard U. et al., 1964]. Объяснить этот феномен успехами психофарма­кологии может быть и можно, однако сразу же возника­ет вопрос: почему другие депрессивные психозы поздне­го возраста возникают сейчас не реже, а, может быть, даже чаще, чем раньше, и почему при успехах психо­фармакологии не уменьшается, а, наоборот, увеличива­ется число инволюционных параноидов? Нам представ­ляется, что правомерно искать объяснение этого феноме­на не в изменении собственно-возрастных биологических влияний, выступивших за последнее десятилетие (чего жы не видим на примере других форм психозов позднего .возраста), а отнести это к тому, что специфичность, а главное — причины возникновения инволюционной ме­ланхолии относятся к кругу явлений, общих для эндо­генных процессов. Уменьшение частоты картин класси­ческой Читать далее

Пожилой человек

Если оказывается в усло­виях одиночества, внезапно бред малого размаха не воз­никает. Если сенсорная депривация способствует соци­альной изоляции в позднем возрасте, ограничивая круг родственных, деловых и дружеских контактов, то одино­чество само по себе является выраженной формой соци­альной депривации в старости. Еще К.Клейст обратил внимание, что 7 из 10 наблюдаемых им больных «инво­люционной паранойей» к моменту заболевания были одинокими. Сочетание этого фактора с указанными лич­ностными особенностями определяет возникновение это­го психоза. В последующем о подобных наблюдениях со­общали многие авторы. Нарушение социальных контак­тов, одиночество в позднем возрасте рассматриваются как важнейший фактор в патогенезе бредовых психозов этого возраста  А.В.Медведев (1990) предполагает, что проживание больного с соседями в условиях общей квартиры опреде­ляет паранойяльный характер бредообразования, в то время как изолированное проживание способствует раз­витию различного рода галлюцинаторных расстройств в картине этого бредового психоза. Приблизительно к 65 годам пожилые люди оказыва­ются в условиях, имеющих ряд общих и характерных черт. К этому времени человек уже находится на пенсии. Основные вопросы перехода к новому укладу жизни ре­шены. Устанавливаются новый порядок отношений в се­мье, новый режим. В последующие годы условия, Читать далее

Соматическое неблагополучие

. В старости, ощуще­ния недомогания, болезненные соматические пережива­ния, как и состояния психической слабости, психическо­го упадка являются существенной стороной психической жизни человека. Самооценка физических и психических возможностей в позднем возрасте коррелирует с объек­тивными изменениями, суть котйрых очевидна для окру­жающих. Момент осознания возрастного изменения фи­зических и психических возможностей — критическая точка в отношениях пожилого человека с обществом. Это момент наступающего (или уже наступившего) зави­симого положения человека. Само по себе ослабление физической и психической силы не исключает в старости возможности активного и адекватного приспособления к окружающему. Функциональные возможности старого мозга, в пределах возможной продолжительности жизни, достаточны для выбора поведения, адекватного внутренним и внешним условиям, с учетом выявившего­ся в старости нового зависимого положения. Совсем другая картина складывается при неблагопри­ятном течении психического старения с расстройствами психической деятельности. В этом случае проблема переходит из области геронтопсихологии в область кли­нической геронтопсихиатрии. Поведение, отношения с окружающими, оценка пожилым человеком своих воз­растных изменений, его способность к адаптации опреде­ляются формой психического расстройства. Степень при­способленности к внешним условиям находится в пря­мой Читать далее

Клинических вариантов бре­довых психозов позднего возраста

Этот краткий перечень, описание которых приводится в работах отечественных и иностранных авторов, может быть значительно расширен. Нами он приведен с целью обратить внимание на клинически очерченную форму бредовых психозов функциональ­ной природы, первично возникающую в позднем воз­расте. Все авторы подчеркивают, что речь здесь идет не об особой окраске бредового психоза или отдельных чертах, которые создают, лишь внешнее оформление, а о самостоятельной клинической форме позднего психо­за, клинически не имеющего аналога в других возрас­тных периодах. С учетом того, что заболевание возни­кает как в период пресениума, так и сениума, мы (в со­ответствии с точкой зрения С.Г.Жислина) используем по отношению к этой группе термин «паранойды позд­него возраста». Точное время начала заболевания обычно установить трудно. Отношения, сложившиеся у больных с родст­венниками или соседями, особенности ситуации, в кото­рой находится пожилой человек, характеры участников настолько переплетаются, что зачастую невозможно оп­ределить, когда появились первые нарушения в выска­зываниях, поведении, установках больного по отноше­нию к окружающим. Проще это бывает в случаях, когда на самых начальных этапах имеются расстройства вос­приятия в виде обонятельных, тактильных, зрительных или вербальных галлюцинаций. Время возникновения обманов Читать далее

Возрастная динамика психопатий и неврозов в старости

Основные вопросы, относящиеся к пограничным рас­стройствам в старости, группируются вокруг уже упомя­нутых проблем. Первая — это возрастное изменение при­сущих человеку личностных особенностей, возрастная ди­намика психопатических черт характера и неврозов, сфор­мировавшихся в ранние периоды жизни. Вторая — пер­вичное возникновение в старости тех аномалий характера, которые можно отнести к психопатическим. Если первая проблема связана со всем тем, что определяет психичес­кую жизнь в старости в случае благоприятных форм пси­хического старения, то вторая оказывается в русле про­блем геронтопсихиатрии о собственно-возрастных психо­зах старости (функциональных и органических). Наличие или отсутствие возрастно-органических психозов (т.е. не­благоприятной формы психического старения) оказывает­ся решающим для понимания такого явления, как первич­ное возникновение в старости психопатического поведе­ния, невротических расстройств. Особое место в проблеме пограничной патологии позднего возраста занимает вопрос о нервно-психических расстройствах периода климактерия. Представление о климаксе как кризисном возрастном периоде, провоци­рующем возникновение собственно психических заболе­ваний или обостряющем их течение, нуждается в стро­гих доказательствах Обычно по­добные заключения не выходят за рамки замечаний о роли критических периодов для возникновения любого заболевания. Исследуя первичные поступления Читать далее